Беларусь продолжает обсуждать события, произошедшие в Минске 25 марта. В чем причины столь жестких действий властей? Кто отдал приказ арестовывать журналистов и дипломатов? Какими будут последствия этих неадекватных действий? Предлагаем вам мнения тех, кто так или иначе участвовал в проведении Дня воли.

Руководство Мингорисполкома в лице вице-мэра Виктора Чикина попалось в сети, собственноручно расставленные на участников шествия в честь Дня воли. «Ответственный за идеологию» зампред горисполкома имел неосторожность заступиться за журналистов национального телевидения перед сотрудниками милиции и... получил неожиданный отпор. Мало того, что стражи порядка проявили непростительную политическую близорукость и «замели» корреспондентов государственного телеканала, так еще и самому Виктору Чикину, пытавшемуся образумить не в меру усердствующих милиционеров, в весьма некорректной форме чуть было не предложили «пройти куда следует».

С просьбой прокомментировать итоги акции «БДГ» обратилась к самому Виктору ЧИКИНУ.

— Мы показали, что в городе есть власть, заставив провести мероприятие в том формате, который был разрешен Мингорисполкомом.

— Как вы оцениваете действия работников милиции?

— Как адекватные поведению участников несанкционированного мероприятия.

— Основные претензии к милиции вызваны задержаниями журналистов во время исполнения ими своих профессиональных обязанностей. Считаете ли вы поведение правоохранительных органов в данном случае оправданным?

— Я всегда против таких акций. Но должен сказать, что в числе задержанных оказались представители Белорусского телевидения, съемочная группа городского канала. Ну перестарались... Но с другой стороны, я сам слышал, как раз десять было заявлено, чтобы журналисты отошли от участников несанкционированного мероприятия. Я свою съемочную группу за руку держал, чтобы она не отходила ни на шаг. Но чисто журналистский инстинкт, наверное, сработал — полезли в самую гущу. В результате получилось вот такое...

— Но ведь даже лично вам работники милиции высказали, мягко говоря, претензии за то, что вы вступились за журналистов.

— Да.

— Неужели вас как человека, непосредственно курирующего вопросы проведения в городе подобных акций, милиция до сих пор не знает в лицо?

— Может, кто-то и не узнал. Это надо, наверное, отнести к издержкам этой акции.

— Как говорил известный литературный персонаж, согласие есть продукт непротивления сторон. В данном случае оппозиция пыталась диктовать властям свою волю и убедилась, что диктат не проходит. Надо с самого начала ставить перед собой реалистичные задачи и не пытаться по своей воле перечеркнуть решение Мингорисполкома. Всем известно, что согласно нему участок проспекта от площади Независимости до площади Победы закрыт для проведения массовых акций. Зачем же внаглую давать заявку именно на этот участок?! К тому же мы руководствуемся не только политическими соображениями. Подойдите в любую субботу на станцию метро «Площадь Якуба Коласа» и посмотрите, что там творится... Эта транспортная развязка на площади работает в запредельном режиме. А в прошедшую субботу, поскольку туда призвали не только покупателей, но и политически ангажированную часть населения, там была такая ситуация, что я боялся, как бы не случилась вторая Немига.

— И все же во время последнего Марша свободы организаторы вели себя достаточно корректно, что признали и вы в одном из своих интервью. Почему же сразу вслед за этим появилось упомянутое решение горисполкома?

— Все познается в сравнении. По сравнению с Маршем свободы-1 Марш свободы-2, конечно, выглядел более цивилизованно. Но полностью своих обязательств организаторы не выполнили. Движение транспорта было перекрыто. Причем, что бы мне ни говорили, умышленно перекрыто. Хотя четко был оговорен вариант, при котором две крайние полосы должны оставаться свободными. Я знаю возможности той же дружины БНФ — не одно мероприятие вместе проводили. Ей было вполне по силам построить участников так, чтобы они занимали только центральные полосы. Я считаю, что движение было перекрыто демонстративно — вот, мол, какие мы сильные. Да не сильные!

— Позиция властей по отношению к участникам Дня воли ясна. А что с журналистами? Чего им ждать от милиции впредь?

— Городские власти вместе с МВД и журналистами найдут взаимоприемлемый вариант, при котором журналисты страдать не будут.

— Некоторые российские телеканалы, журналисты которых пострадали, заявили, что ждут от белорусской стороны извинений. Будут ли они принесены?

— Я лично готов извиниться перед журналистами, которые пострадали.

Действия правоохранительных органов во время субботней акции в Минске комментирует советник министра внутренних дел по связям с общественностью и средствами массовой информации Дмитрий ПАРТОН.

— События развивались таким образом, что, действительно, в определенной степени пострадали журналисты. Но пострадали они вот из-за чего. Во-первых, через громкоговорители неоднократно звучали предупреждения о том, что представители СМИ должны каким-то образом отойти от толпы. Толпы хулиганствующей, выкрикивающей лозунги. Но, к сожалению, отойти у них не получилось. Поэтому под воздействием происходящего, под влиянием общей эйфории мальчишки (а в основном задержания производили солдаты войск МВД и, насколько мне известно, сотрудники МЧС) задержали представителей СМИ. Журналисты были доставлены в разные места: кто-то — на Маяковского, кто-то — в другие. Но как только об этом стало известно руководству МВД, я и заместитель министра внутренних дел Радюкевич в срочном порядке были направлены на Маяковского. И все журналисты, которые там присутствовали, все, кто предъявил хоть какое-то удостоверение, подтверждающее, что задержанный — представитель средств массовой информации, были тут же отпущены. И в принципе руководство МВД считает, что 25 марта произошло определенное недоразумение, сопряженное с тем, что был отчасти нарушен закон о печати. Почему отчасти? Есть данные, что некоторые журналисты принимали активное участие в хулиганских действиях, выкрикивали лозунги вместе со всеми и так далее. Но тем не менее мы действительно считаем, что это недоразумение. Мне хотелось бы особо отметить, что в Министерстве внутренних дел назначено специальное служебное расследование. Министр высказал недовольство тем, как обошлись с журналистами. Кому успели, мы принесли извинения. И, я думаю, принесем всем остальным, если действительно в этом есть необходимость и если в отношении них те или иные сотрудники милиции действовали неправомочно.

— Кто отдал приказ бить камеры?

— Не было такого приказа.

— Несколько недель назад Александр Лукашенко заявил о широком общественном диалоге. Я полагаю, что 25 марта этот диалог начался в полном объеме. С помощью объявленной войны журналистам, дубинок, собак, тотальных арестов (а хватали примерно каждого пятого) Лукашенко собирается вести диалог. Могу привести такой пример. Бывший мой советник, заведующий кафедрой БГУ Владимир Тарасов, спешил на экзамен и увидел, как омоновцы избивали женщину. Он вступился за нее, а они его схватили, затолкали в машину и завезли на Маяковского. Он не успел на экзамен, и у него начались проблемы со студентами. Это абсолютная дикость. Вот такой диалог у нас в стране.

Вячеслав Сивчик: «Власть напугана»

— Сегодняшний режим очень боится. Боится потому, что не видит никакой перспективы для себя. Именно поэтому на улицы Минска были выведены в открытую десятки тысяч солдат и милиционеров. Именно поэтому на улицах появились бронетехника и водометы. Именно поэтому минчане увидели служебных собак без намордников, которые специально обучены для того, чтобы хватать людей. Именно из-за того, что режим боится, были устроены такие широкомасштабные аресты. Режим пытался напугать людей, заставить бояться и не ходить на акции.