Обвинительным актом по делу об административном правонарушении является протокол об администра-тивном правонарушении (статья 231 КоАП). Протокол составляется на месте проведения политической акции (собрания, пикета, митинга, демонстрации). Принудительное доставление участников политической акций и про-чих правонарушителем в райотделы милиции для оформления протокола допускается лишь в случае невозмож-ности заполнить данный документ на месте события. К примеру, у лица, на которое составляется протокол, от-сутствует документ, удостоверяющий личность, и нет свидетелей, которые могут сообщить необходимые данные об этом человеке (статья 238 КоАП).

Милиция имеет право задержать участников политической акции лишь для пресечения собрания, пикета, митинга, шествия, в ходе которых нарушается общественный порядок, и только в случае, если требования работ-ников милиции прекратить беспорядки не выполняются (статья 239 КоАП). Но если требование милиции выпол-нено, а равно и по окончании политической акции, в том числе и несанкционированной, задерживать ее участни-ков милиция права уже не имеет.

Зачастую свои незаконные действия по захвату участников мероприятия милиция проводит под предлогом выяснения личности. Право такое у органов охраны правопорядка есть. Но задержание для выяснения личности будет таковым, когда работник милиции подходит к гражданину, представляется, предъявляет документ с указа-нием своей должности, звания, фамилии, просит гражданина предъявить документ, удостоверяющий его лич-ность, и только после этого предлагает пройти в отделение милиции для выяснения личности.

Когда же двое или более типов в кожаных куртках вначале хватают мирно идущего с митинга гражданина за локти и лишь потом, произнося "милиция", показав мельком издалека некий документ с фотокарточкой без упо-минания должности, звания, фамилии и не предъявляя требований прекратить нарушение порядка, волокут в машину без опознавательных знаков милиции, то данные действия политических сыщиков являются не задержа-нием, а жандармским хапуном. Таким типам из охранки можно и нужно оказывать сопротивление (статья 17 Ко-АП), поскольку своими незаконными действиями они угрожают государственному и общественному порядку, пра-вам и свободам граждан.

При допросе в райотделе милиции гражданин обязан назвать свои фамилию, имя, отчество, место житель-ства, работы или учебы. Ответы на все последующие вопросы необходимо производить лишь после составления протокола о задержании, в котором должно быть указано время задержания (с точностью до минуты, когда схва-тили, так как именно с этого момента исчисляется срок задержания); место задержания (что очень важно, по-скольку по пути домой гражданин не совершал тех правонарушений, в которых его будут обвинять по протоколу) и основания задержания. Оснований этих для милиции всего три (статья 240 КоАП):

- пресечение административного правонарушения;

- установление личности;

- невозможность составления протокола на месте.

Поскольку гражданин на момент своего захвата сыщиками правонарушения не совершает, личность его известна (так как полицейские ищейки задерживают конкретного человека по указанию из штаба жандармского хапуна), а протокол о правонарушении "стражи порядка" перед захватом даже и не пытаются составлять, прото-кол задержания подписать надо, но дописать: "Задержание произведено незаконно!".

После подписания протокола о задержании необходимо потребовать уведомления о своем местонахожде-нии родственников и администрации по месту работы или учебы (статья 240 КоАП), а также предоставления воз-можности связаться со своим адвокатом или юридическим представителем (статья 49 УПК). Право на юридиче-скую помощь в любой момент в любом государственном органе и иных управленческих структурах страны гаран-тируется Конституцией Республики Беларусь (статья 62).

При невыполнении милицией данных конституционных гарантий и требований закона следует не отвечать ни на какие вопросы. Предъявленный протокол о правонарушении подписать, добавив, что составитель протоко-ла грубо нарушил права человека, а именно:

- лишил юридической помощи;

- не уведомил родственников и администрацию по месту работы или учебы о задержании и местонахож-дении.

Кроме того, необходимо также отразить в протоколе неправомерность и самого существа инкриминируемо-го правонарушения, поскольку ни один нормативный акт в Республике Беларусь не предусматривает ад-министративной ответственности за участие, то есть за то, что совместно с другими гражданами:

- находился в парке, в сквере, на площади;

- двигался по тротуару, а при большом скоплении людей - и по проезжей части улицы;

- размахивал руками, шапками, шарфами, флагами;

- громко разговаривал, выкрикивал, выражал недовольство действиями властей как в целом, так и от-дельных руководителей.

По закону ответственность, в том числе и допустимость задержания по статье 241 КоАП, предусматривает-ся только для организаторов общественно-политических мероприятий, а потому перед подписанием необходимо потребовать, чтобы в протоколе была указана конкретная статья Закона "О собраниях, митингах, уличных шест-виях, демонстрациях и пикетировании", нарушение которой инкриминируется участнику политической акции.

Максимальный срок административного задержания - три часа (статья 242 КоАП). За это время милиция обязана и установить личность задержанного, и документально оформить все необходимые формальности. Если в райотделе продержали дольше, то после выхода на свободу необходимо идти к прокурору района и подавать заявление о незаконном содержании под стражей. А чтобы прокуратура имела возможность разобраться по су-ществу, на всех подписываемых задержанным гражданином документах необходимо ставить дату и время.

С подписанием протокола об административном правонарушении заканчиваются основания для дальней-шего нахождения задержанного лица в райотделе под стражей. Протокол о правонарушении из милиции направ-ляется в суд (статья 236 КоАП), а задержанного гражданина обязаны немедленно отпустить дожидаться повестки о явке в суд.

И потому все попытки белорусской милиции принудительно доставить в суд вместе с протоколом о право-нарушении задержанного участника политической акции изначально незаконны. Зная это, должностные лица ми-лиции при составлении протокола, попирая требования статьи 235 КоАП, не разъясняют задержанному его права и обязанности, предусмотренные статьей 247 КоАП. И не делают этого сознательно, поскольку в указанной ста-тье написано, что гражданин может быть подвергнут принудительному приводу в суд лишь в случае уклонения от явки по вызову суда (на что должно быть соответствующее постановление судьи).

Все попытки принудительной доставки в суд необходимо жестко пресекать. Во-первых, потребовать от со-трудников милиции показать норму закона, позволяющую им такие действия, а во-вторых, оказать пассивное со-противление. Иначе говоря, не надо идти своими ногами - пусть жандармы несут на руках. Удовольствия, когда тебя волокут, конечно, мало, но другого пути добиться от политической полиции соблюдения законности в данной ситуации нет.

Так же жестко надо реагировать и на попытку изъятия в райотделе вещей и документов. Статья 239 КоАП допускает личный досмотр, досмотр вещей, изъятие вещей и документов только в случаях, прямо предусмотрен-ных законодательством. Поскольку Закон "О собраниях, митингах, уличных шествиях, демонстрациях и пикетиро-вании", в нарушении которого обвиняют участников политических акций, прямо не предусматривает изъятия ве-щей и документов, то действия сотрудников райотделов милиции по изъятию личных вещей незаконны.

Кодекс об административных правонарушениях предусматривает изъятие лишь тех вещей и документов, которые являются орудием или непосредственным объектом правонарушения (статья 244 КоАП). И если еще до-пустимо отнести к орудиям (как средствам достижения цели) плакаты, транспаранты, флаги, то записные книжки, часы, очки, авторучки, зажигалки и т.п., орудиями правонарушения не являются и, в соответствии с администра-тивным законодательством, у лиц, задержанных по политической статье (167' КоАП), изъятию в райотделах не подлежат.

В подобной ситуации остается лишь пассивное сопротивление: скрестив руки на груди, презрительно на-блюдать, как полицейские шавки обнюхивают ваши штаны и, став перед арестованным на колени, вытаскивают шнурки из его ботинок. А в протоколе об изъятии перед своей подписью добавить: "Изъято незаконно!"

Милицейское начальство просто обожает издеваться над участниками политических акций, направляя их без суда в арестантские камеры на срок до трех суток. Формальный предлог - запись в статье 242 КоАП о воз-можности задержания до рассмотрения дела в суде. Но, во-первых, речь идет о лицах., допустивших нарушение порядка организации и проведения политических акций, то есть организаторов, а не участников. Во-вторых, тер-мин "могут быть задержаны" вовсе не означает водворение в камеру. Это может быть и подписка о невыезде из города до суда, и другие ограничения, не связанные с лишением свободы.

Бороться с этим можно пассивным сопротивлением, продолжая лежать на нарах по окончании срока аре-ста, объявленного во внесудебном порядке. Пусть сотрудники РОВД несут или волокут вас в этот свой суд. Встать на ноги, лишь когда положат на пол в кабинете судьи. А поднявшись, задать судье вопрос - выносил ли он постановление о принудительной доставке в суд? И служителю Фемиды ничего не останется, как выписать повестку на другой день. А вы получите моральное удовлетворение оттого, что пособники режима остались с но-сом.

Но опять-таки из суда надо идти к прокурору района и подавать жалобу на самоуправство сотрудников РОВД, а именно - самовольную принудительную доставку в суд без постановления судьи.

В соответствии с Конституцией государства (статья 114) и Кодексом об административных правонарушени-ях (статья 229) дела по обвинению за участие в политической акции рассматриваются открыто. Это означает, что вызванный в суд обвиняемый в правонарушении имеет право привести с собой адвоката, общественного защит-ника, а также любое количество свидетелей, родственников, друзей, коллег и т.д.

Как правило, административный судья рассматривает дела в своем кабинете, где имеется всего 3-4 стула, и под предлогом отсутствия мест пытается делать процесс закрытым. Попытки такого рода должны пресекаться обвиняемым и его друзьями путем требования переноса места рассмотрения дела в другое помещение. Для это-го все прибывшие входят, а при необходимости, преодолевая сопротивление милиции, вваливаются в кабинет и не выходят оттуда, пока данный вопрос не будет положительно решен. Действия эти будут правомерны, так как любая попытка милиции преградить доступ на судебный процесс является антиконституционным деянием.

Обвиняемый не должен оставаться в кабинете с судьей один на один. Посему входить в кабинет ему необ-ходимо последним, а выходить первым. Участник политической акции, доставленный туда принудительно, еще до начала суда должен выразить решительный протест против проведения над ним закрытого суда. А если, несмот-ря на это, судья все же заседание откроет -заявить ходатайство об участии в деле защитника и вызове свидете-лей.

Рассмотрение дела будет отложено. В противном случае судья совершит должностное преступление. Предложение же судьи вызвать дежурного адвоката есть не что иное как "данаев дар". Политобвиняемому после выхода из здания суда необходимо пойти в районную прокуратуру и написать заявление о нарушении судьей Конституции - проведении закрытого заседания суда и потворстве милиции, грубейшим образом поправшей права человека: насильственно, без судебного постановления доставившей обвиняемого в суд.

Судья обычно согласовывает с обвиняемым дату, на которую переносится рассмотрение дел. При этом на-до иметь в виду, что для решения вопроса о приглашении защитника понадобится не менее двух суток. Ведь на-до найти свободного в этот день адвоката, заключить с ним соглашение и оплатить в юридической консультации адвокатские услуги.

Не решается одномоментно вопрос и со свидетелями; их надо разыскать, получить согласие на выступле-ние в суде и на отсутствие по месту работы или учебы на время процесса. Судья обязан выдать заявленным свидетелям повестки с указанием времени и места судебного заседания.

Правосудие осуществляется на основе состязательности и равенства сторон в процессе (статья 115 Кон-ституции), а обвиняемый не обязан доказывать свою невиновность (статья 26 Конституции). Это означает., что если милиционеры-свидетели, назначенные обвинением, утверждают о совершении Вами каких-то противоправ-ных деяний, а Вы это отрицаете, и другие свидетели показания эти подтверждают, то судья не в праве признать факт совершения правонарушения. В этом случае обвиняемый должен заявить ходатайство о затребовании от обвинения подтверждения правонарушения средствами контроля, а райотдел милиции обязан предоставить суду видео-, фото-, аудиоматериалы совершения инкриминируемых деяний.

Как известно, спецслужбы ведут непрерывную видеосъемку политических митингов, шествий, демонстра-ций и других акций оппозиции, а потому отказ стороны обвинения в предоставлении материалов, подтверждаю-щих правонарушение, означает невиновность политобвиняемого. И если судья вынесет обвинительное поста-новление при отсутствии на процессе материалов средств контроля, это будет основанием для обжалования судебного постановления на основании бездоказательного признания судом вины.

По этой причине, для исключения возможной фальсификации протокола судебного заседания, все заяв-ленные на процессе ходатайства необходимо подавать в письменном виде, оставляя копию этого документа се-бе.

Обвиняемый имеет право задавать вопросы свидетелям - милиционерам, которые утверждают о соверше-нии правонарушения. Этим надо широко пользоваться, потому как свидетели те - липовые. Как правило, обви-няемого они впервые видят лишь при составлении протокола, а при проведении процесса через несколько дней вообще не помнят деталей, особенно при перманентности политических акций.

Противоречивые, запутанные показания при объективном судействе не должны служить основанием для признания вины обвиняемого. Правда, белорусские суды при вынесении приговоров большей частью ру-ководствуются полученными от власти указаниями, а не добытыми в ходе судебного исследования доказательст-вами, но отраженные в протоколе "уличающие" показания полицейских свидетельств послужат в дальнейшем, при восстановлении в нашей стране правовых принципов, основанием отменить необоснованно наложенные штрафы и аресты.

Постановление судьи о вынесении наказания за участие в политической акции необходимо в обязательном порядке опротестовать. Жалоба на объявление судом наказания за действия, не предусмотренные в законе как противоправные, и нарушение процессуальных норм подается лично в десятидневный срок (статья 268 КоАП) в областной (Минский городской суд). К жалобе прилагается копия постановления суда, наложившего взыскание. Те, кто подвергнут аресту, подают жалобу (можно без копии постановления суда) через начальника приемника-распределителя. Администрация арестантского заведения обязана предоставить для этого бумагу и ручку.

Одновременно с жалобой в суд надо подавать жалобу и прокурору, который имеет право опротестовать по-становление суда (статьи 230, 269, 275 КоАП). Если областной суд оставляет постановление районного судьи без изменения, жалоба подается в Верховный суд. Аналогично поступают и при невынесении протеста районным прокурором - жалоба подается областному, а затем Генеральному прокурору. Единственное в этих случаях от-личие - сроки подачи не лимитируются десятью днями. Дальнейшие жалобы разрешается направлять через лю-бой промежуток времени.

Необходимо иметь в виду, что жалобы на неправомерное постановление судьи и нарушение им процессу-альных норм пошлиной не облагаются, то есть принимаются в суде бесплатно.

В случае вынесения судьей постановления об аресте милиция, руководствуясь статьей 304 КоАП, забирает политарестанта прямо в зале суда (в кабинете судьи). Формально вроде бы законно, однако при этом нарушают-ся права человека.

Во-первых, арестованного отвозят в РОВД и доставляют к месту отбывания наказания лишь к вечеру, тем самым лишая на целый день пищи. А так как в спецприемнике кормят через день, то зачастую арестант остается без еды двое суток. Но это уже не что иное, как пытка голодом.

Во-вторых.. арестанта отправляют в тюремную камеру без туалетных принадлежностей, полотенца, теплой одежды, смены белья, а курящих - без запаса сигарет.

Все это весьма серьезные нарушения прав человека и международных принципов обращения с лицами, подвергнутыми задержанию или заключению. Исходя из этих, а равно других обстоятельств общественного или личного характера, арестованный может обратиться к судье с просьбой отложить исполнение ареста на несколь-ко часов или дней. Статья 280 КоАП предоставляет судье право отсрочить исполнение постановления об аресте на срок до одного месяца.

В случае отказа судьи удовлетворить такое ходатайство, то есть преднамеренное лишение арестованного пищи и человеческих предметов бытия, оказать милиции пассивное неповиновение, а именно: не идти своими ногами - пусть нарушители прав человека несут арестованного на руках или тащат его волоком.

К разряду незаконных действий райотделов милиции относится изъятие у арестованного, перед доставкой в спецприемник, личных вещей: очков, часов, ручек, зажигалок, расчесок, записной книжки, носового платка, у женщин зеркала, косметики, аксессуаров прически и т.п. Кодекс об административных правонарушениях такими правами милицию не наделяет. По закону при исполнении постановления об административном аресте, аресто-ванные подвергаются лишь личному досмотру (статья 305 КоАП).

В законе нет статьи об изъятии личных вещей у административно арестованных и потому беззаконию этому надо противиться всеми возможными способами, вплоть до открытого сопротивления. Пусть нацепляют наручни-ки и изымают вещи силой. Действия милиции в этом случае подпадают под классификацию разбоя - "нападение с цепью завладения имуществом, соединенное с насилием, опасным для жизни или здоровья лица, подвергшего-ся нападению" (статья 89 УК).

Судья, вынесший постановление о наложении взыскания, обязан в течение трех суток после окончания рассмотрения дела выдать копию постановления лицу, в отношении которого оно вынесено (статья 263). При объявлении участнику политической акции ареста в зале суда необходимо, ссылаясь на статью 268 КоАП, потре-бовать копию постановления на руки немедленно, чтобы, находясь в приемнике-распределителе, иметь возмож-ность обжаловать постановление судьи. А за время подготовки судьей этого документа друзья и коллеги участни-ка политической акции смогут приобрести и без проблем передать арестованному продукты питания еще в зда-нии суда, потому как в РОВД передать арестанту "собойку" уже намного сложнее.

Необходимо убедиться, что в постановлении суда время исчисления ареста установлено с зачетом срока административного задержания (статья 305 КоАП).

На Беларуси административно арестованные лица содержатся в античеловеческих условиях - намного худших, чем находящиеся в тюрьме уголовники и лица, подозреваемые в совершении преступления. Админи-страция спецприемника ежедневно, ежечасно попирает человеческое достоинство арестантов, а именно:

- морит голодом (кормит через день и, кроме того, накладывает всевозможные ограничения на получение продуктов с воли);

- создает в камерах полумрак, изьмает книги и пишущие принадлежности, не давая возможности читать, конспектировать, писать;

- лишает свежего воздуха (арестованные в течение всего срока ареста не выпускаются на прогулку, а каме-ры не проветриваются);

- причиняет физические страдания, заставляя арестованных спать не раздеваясь на голых досках. Админи-стративно арестованные не только содержатся как скотина в хлеву, то есть спят там же, где отправляют естест-венные надобности, но вынуждены при этом и лежать как селедка в банке, вплотную друг к другу на боку, не имея возможности перевернуться на спину;

- уничтожает в арестанте человечность, не позволяя ему трудиться, заниматься физическими упражне-ниями, играть в логические и интеллектуальные игры.

Райотделы милиции направляют арестантов в приемник-распределитель в конце дня, после прекращения работы административных судей. Для транспортировки используются легковые УАЗы, переоборудованные под миниавтозаки (своего рода собачник для людей на два места, устроенный за вторьм сидением). Однако запихи-вают туда всех, кого надо этапировать в спецприемник и в расположенный по пути к нему следственный изолятор - три, четыре и более человек.

Поскольку такая перевозка людей является вопиющим невыполнением правил дорожного движения, необ-ходимо категорически отказаться участвовать в нарушении правил дорожного движения. Грозные голосо-дубиночные предупреждения милицейских сержантов просто-напросто игнорировать. А если начнут заталкивать силой - упираться руками и ногами; царапины и синяки на вашем тепе станут свидетельством нанесения аре-стованному телесных повреждений, со всеми вытекающими для милиции последствиями. Не исключено, что со-ставят еще один протокол (о неповиновении милиции), но данные заметки написаны для тех, кто, в отличие от рабов, свою честь и достоинство отстаивают.

В приемнике-распределителе поступающее арестантское пополнение вначале размещают во временных камерах-отстойниках, и лишь поздно вечером, когда поступят все арестованные судом в этот день, начинают раз-водить по камерам.

Прием в спецприемнике арестантов очень важный для участника политической акции этап борьбы с анти-народным правящим режимам. Во всей репрессивной цепочке - хапун, составление протокола, суд, бетонный склеп дежурного по райотделу - в приемнике-распределителе арестованного впервые спрашивают о состоянии здоровья. Нуждающиеся в медицинской помощи, в постоянном приеме медпрепаратов, а также те, кому причине-ны телесные повреждения, должны сказать об этом. Более того, обязательно проверить, чтобы заявленная вами жалоба на самочувствие была записана в специальной книге по контролю за здоровьем, в которой поступающему предложат расписаться.

Если доставленный в спецприемник жалуется на состояние здоровья, то, в этом случае, приемник-распределитель принимает арестанта лишь со справкой о возможности отбывания наказания, для получения ко-торой представители РОВД вынуждены будут отвезти свою жертву в больницу. И, при наличии тому объективных медицинских показаний, документ такой в клинике не только не дадут, но даже, в чем я убедился на собственном примере, немедленно госпитализируют. "Стражи порядка" вынуждены будут отпустить находящегося в их лапах оппозиционера на период его "арестонеспособности".

В РОВД от арестанта пытаются заполучить в этом случае расписку о добровольной явке для отбытия нака-зания после выздоровления. Однако требование это - незаконно; по медицинским показаниям милиция должна отпустить безо всяких предварительных условий. Более того, если в течение трех месяцев объявленные сутки не отсижены или наложенный штраф не уплачен, административное взыскание не подлежит исполнению (статья 282 КоАП). Не следует только забывать, что в случаях, когда последний деньтрехмесячного срока падает на не-рабочий день, днем окончания срока считается ближайший следующий за ним рабочий день (статья 73 ГПК).

Тем, кому состояние здоровья отбывать наказание позволяет, следует заявить об отсутствии туалетной бумаги, полотенца, мыла, зубной щетки и пасты, о том, что после ареста целый день (или больше) в райотделе не давали пищу. Потребовать накормить и обеспечить туалетными принадлежностями. Поскольку дежурный по спецприемнику сделать это не в состоянии, изложить требования письменно на имя начальника арестантского .заведения. Все дальнейшие дни ежедневно записываться на прием к начальнику и добиваться выполнения сво-их требований. Обеспечивать арестованных туалетными принадлежностями администрация спецприемника обя-зана.

Если ваши требования не выполняются, жалобы на унижение администрацией приемника-распределителя человеческого достоинства направлять в прокуратуру. Документ этот до адресата дойдет, так как сокрытие заяв-ления арестованного является серьезным должностным нарушением.

А поводы в приемнике-распределителе для написания жалоб на каждом шагу:

- не выделяется достаточного места для ночного сна (нарушаются установленные нормы площади на одно-го человека);

- вместо ложек выдают некие черепки;

- не обеспечивают по потребности солью и кипятком;

- коридорные надзиратели воруют хлеб (выдают меньше того количества, за получение которого заключен-ного в камеру заставляют каждый день расписаться);

- арестованных не используют на физических работах (грубое нарушение статьи 306 КоАП);

Подача жалобы - это активная, в отличии от голодовки, форма противодействия заключенных политике расчеловечивания, проводимой властями в местах лишения свободы. В эту борьбу можно и нужно вовлекать со-камерников. Потому как коллективный протест - это уже политическая акция, та самая капля, которая точит ка-мень в фундаменте нынешнего полицейского режима. Заявляются жалобы утром, во время обхода камер и про-верки арестованных заступающим дежурным по приемнику-распределителю.

Административно арестованный имеет право потребовать от дежурного по спецприемнику предоставления телефонного разговора с семьей, друзьями, коллегами, для решения вопроса о доставке в приемник-распределитель необходимых арестанту теплой одежды, нижнего белья, туалетных принадлежностей. Вещи эти должностные лица административной тюрьмы должны принимать безо всяких условий.

Что же касается продуктов и курительных принадлежностей, то в административной тюрьме их принимают для передачи арестованным лишь после оплаты услуг спецприемника в размере 0,15 МЗП за сутки. Это незакон-но, поскольку Кодекс об административных правонарушениях взимание за что-либо денег с лиц, подвергнутых аресту, не предусматривает.

Такой нормы и быть не может. Законы нашего государства, в том числе и КоАП (статья 24), не допускает наложения нескольких видов наказаний за одно правонарушение. Взимание же в спецприемнике платы с аресто-ванных является ничем иным, как внесудебной формой наложения штрафа, величина которого (за 10 суток это составляет 1,5, а за 15 суток - 2.25 МЗП) эквивалентна санкциям целого ряда статей КоАП, таких как мелкое ху-лиганство, оскорбление, распитие спиртных напитков или появление в нетрезвом виде в общественных местах...

Более того, в своих преступных деяниях, администрация спецприемника доходит до того, что взимая плату за каждый день пребывания в приемнике-распределителе, кормит арестантов лишь через день. Не имея на то правовых оснований, конфискует изъятые у арестованных при аресте деньги в счет этой незаконной оплаты.

Поэтому, идя на политическую акцию или в суд после нее, оставляйте деньги дома. Вместо них лучше брать "собойку"; сало, лук, чеснок, сигареты (без фильтра), спички (но не зажигалку), карамель, туалетные при-надлежности, включая бумагу). Лук, особенно чеснок, нужны как антисептики - иначе в антисанитарных, условиях белорусского арестантского заведения можно подхватить любую заразу. Сигареты и спички понадобятся, даже если вы и не курите. Большинство курящих попадают на Окрестина, как правило, без табачных принадлежностей. И сигареты из "собойки" избавят вас от тягостной картины наблюдать как, униженно согнувшийся в три погибели, курильщик вымаливает у коридорного надзирателя сигарету или спичку.

Не следует брать с собой на политические акции записные книжки. В приемнике-распределителе изъятые у вас записи станут предметом исследования как минимум штатного спецсотрудника (на тюремном жаргоне "ку-ма"). Есть достаточно оснований предполагать, что изъятые у политарестантов документы тщательно изучаются спецслужбами нынешнего режима.

Родные, друзья, соратники участников политических акций должны знать месторасположение администра-тивной тюрьмы - в столице она находится на ул. Окрестина (остановка городского транспорта "ул. Прилукская") - и телефон дежурного по спецприемнику (в Минске - 270-91-42). Им необходимо быть готовыми немедленно после водворения вас за решетку доставить в спецприемник туалетные принадлежности, теплое белье, прессу, для пе-редачи которых не требуется предварительная оплата. А вот продукты питания примут лишь после внесения де-нег. К сожалению, пока нынешний режим у власти, этот незаконный порядок вряд ли удастся изменить.

Но необходимо помнить, что в камере может быть до двадцати человек, а продукты передают очень немно-гим из них. Да и сами передачи политарестованным окрестинские инквизиторы принимают лишь раз в пять дней. По тюремным же канонам в камере продукты делятся на всех поровну.

Газеты, журналы, читать разрешается. Можно брать с собой и передавать в спецприемник книги в мягком переплете. А потому заранее договоритесь со своими друзьями, чтобы прессу доставляли вам ежедневно. Это - единственный способ знать, что происходит на белом свете. Потому что администрация спецприемника беспар-донно попирает конституционные гарантии (статья 34 Основного закона) о праве на получение, хранение, рас-пространение полной, достоверной и своевременной информации о деятельности государственных органов, о политической, экономической, международной жизни.

Те, у кого срок ареста от 10 до 15 суток, по истечении недели имеют право и должны требовать помывки в бане (пункт 13 международных правил обращения с заключенными). Ссыпки администрации спецучреждения на отсутствие в тюрьме горячей воды не имеют под собой юридического основания. Пусть вас везут в сауну, отпус-кают на помывку домой - это уж, как говорится, их трудности.

Горячий душ и проведение дезинсекции необходимо требовать при малейшем подозрении на наличие у ко-го-либо в камере вшей, клопов и тому подобных кровососов. Дезкамера в приемнике-распределителе имеется. Более того, приемники-распределители собственно и строились для приведения в человеческий вид и временно-го содержания бродяг. Во всяком случае отказа в прожарке нательного белья пока еще не было.

Зато отказывают в своевременной борьбе с мышами. Приемник-распределитель оплачивает работу сан-эпидстанции лишь раз в месяц. Причем не за конечный результат - искоренение грызунов -, а лишь за разовое проведение в спецприемнике дератизационного мероприятия. По мнению руководства административной тюрь-мы арестованные должны спокойно наблюдать, как мыши шастают под ногами и грызут по ночам хлеб с салом. Заставить администрацию "ловить мышей" можно подачей коллективных жалоб и заявлений в МВД, прокуратуру, правозащитные центры (БХК, Весна...).

На помывку и прожарку белья, а также для проведения дезинсекции и дератизации из камеры выводят всех. В связи с этим, уходя из "хаты", не оставляйте в камере записок и других "крамольных" вещей. За время вашего отсутствия в камере будет проведен несанкционированный, незаконный (без составления протокола) обыск. Записи прочтут, зажигалки, карандаши, режущие приспособления безвозвратно изымут. В ходе такого "шмона" забирают даже полиэтиленовые сумки. Хотя зачастую сумки, в которых принесли передачу, до камеры и не доходят. Надзиратели заставляют арестованных переданные с воли продукты вытаскивать, а сумки оставляют себе.

При малейшем нарушении должностными лицами административной тюрьмы прав арестованных требо-вать бумагу, ручку и подавать письменную жалобу на имя прокурора города. Если по каким-либо обстоятельст-вам за время пребывания под арестом отправить жалобу не удалось, немедленно заявить ее прокурору города или района по месту нахождения спецприемника после выхода на волю. Минский приемник-распределитель на-ходится на территории Московского района, прокуратура оторого располагается на ул. Короля (станция метро "Фрунзенская). Прокуратура Минска находится на ул.Щедрина (трамвайное кольцо "Озеро").